Это картина одного самоуверенного художника

Марк Твен о дилетантах в литературе

Все мы считаем себя писателями, художниками, музыкантами, искусствоведами, просто незаурядными людьми. Нам даже в голову не приходит, что мы должны чему-то учиться. Учиться? – нет, спасибо, это нас не касается! только не это! мы не упадем так низко! Намазали что-то на холсте – вставляем в рамку. Выучили два аккорда – покупаем новую, лучшую гитару. Сфотографировали дерево – собираем “лайки”. Мы слишком самоуверенны.

Но не беда. Есть сведения, что не только сегодня мы такие, но были такими всегда. Марк Твен в одной из своих автобиографических записок указал на присущую людям его времени чрезмерную самоуверенность. Тогда тоже так было. Значит, это не порок, не проклятие свыше. А если это не проклятие, то с этим можно бороться.

[ДИЛЕТАНТЫ В ЛИТЕРАТУРЕ]

Одна из трудностей, которые ждут человека, пишущего автобиографию, – это обилие тем, которые просятся на язык. Только вы сядете и приметесь диктовать, на вас набрасывается не меньше двадцати тем; вас захлестывает Ниагара, вы тонете и пускаете пузыри. Нужно ограничить себя одной темой, но как на это решиться, какую из двадцати взять? Однако это необходимо, выхода нет; и вот вы берете одну-единственную из двадцати с горьким сознанием, что девятнадцать других, быть может, навек потеряны, – больше они не вернутся, никогда не придут вам на ум.

Но сейчас тема навязана мне. Навязана же потому, что еще горяча, не успела остыть – прошло всего пятнадцать минут. Речь идет о нескольких рукописях  литераторов-дилетантов. Долгий опыт меня научил, что когда литератор-любитель присылает свои сочинения, требуя, чтобы вы прочитали их трезво и беспристрастно и вынесли свой приговор, он ждет вовсе не этого; он ждет от вас поощрения, он ждет похвалы. Но мой опыт научил меня также, что в огромном большинстве случаев ни поощрение, ни похвала тут немыслимы – поскольку, конечно, речь идет о нелицеприятной оценке.

Я  прочитал  рукописи,  прибывшие  с  утренней  почтой,  и я в нерешительности. Если бы они пришли от незнакомых людей, я не стал бы даже читать их и отослал непрочитанными, – как поступаю обычно, – с объяснением, что я не в силах судить о литературных произведениях, за вычетом тех, которые пишу сам. Но сегодняшний урожай – сочинения людей, с которыми я дружески связан, и это меня обязывает. И я прочитал их. Как обычно, это не литература:  там попадается мясо, но оно не проварено, разве только наполовину. Повторяю, мясо там есть и если бы оно досталось настоящему повару – думаю, что получилось бы съедобное блюдо. Одна из присланных рукописей почти что литература, но фатально всплывающая любительщина губит написанное. Автор просит меня, если вещь мне понравится, рекомендовать ее к напечатанию в какой-нибудь литературный журнал.

Эта  наивная  храбрость  вызывает  у  меня  восхищение. Подобной неустрашимости, наверно, не увидишь ни на каком другом поприще, кроме литературы. На поле сражения можно встретить нечто похожее, но лишь в отдаленной степени. Наверно, бывало не раз, что необстрелянный рекрут бодро шел на  отчаянный штурм, шагая навстречу пулям. Но здесь сравнение кончается. Кто слыхал, чтобы необстрелянный рекрут, даже самый лихой из рекрутов, требовал, чтобы его назначили на место бригадного генерала. Между тем автор-любитель выступает как раз с таким требованием. Не имея ни малейшего опыта литературной работы, он предлагает свою стряпню в один журнал за другим, – иными словами, претендует на место литературного генерала,  который  заслужил свое звание и должность годами и даже десятилетиями тяжкой солдатской службы.

Я глубоко убежден, что на свете нет ни единой профессии, в которой был бы возможен подобный случай. Если вы никогда не обучались тачать сапоги, вы не придете в сапожную мастерскую с предложением своих услуг. Даже самый напористый из претендентов в писатели не будет настолько глуп, чтобы так поступить. Он поймет, что это смешно, что это абсурдно, он столкнется с простейшей истиной, что для того, чтобы стать приличным жестянщиком или каменщиком, кладчиком кирпичей, наборщиком, ветеринаром, повитухой, трамвайным кондуктором, – словом, чтобы преуспеть в любой области или профессии, дающей славу и хлеб, нужно знать свое ремесло. Почему же, как только речь идет о литературе, здравый смысл у людей испаряется и все обретают уверенность, что для этой специальности не нужно ни обучения, ни опыта – только уверенность в своем даровании и храбрость льва.

Чтобы  представить  полностью  всю странность и дикость подобных намерений, приведем наглядный пример. Допустим, что наш претендент на славу и деньги подвизается в какой-нибудь смежной профессии. Скажем, он является в оперу, чтобы стать вторым тенором. Дирекция договаривается с ним, зачисляет на штатное место (это чисто воображаемый случай, я не утверждаю, что такой случай был). Что происходит дальше?

В антракте директор вызывает второго тенора для объяснения:

– Вы учились когда-нибудь петь?

– Немножко… так… самоучкой… В свободное время… Знаете, от нечего делать.

– Вы хотите сказать, что вообще не учились пению? Систематически, под руководством профессора?

– Нет, никогда.

– Как же вы пришли к мысли, что сможете петь в “Лоэнгрине”?

– Почему-то мне показалось… Знаете, решил попытаться… Знакомые все говорят, что у меня сильный голос.

– Да, у вас сильный голос, и если вы пять-шесть лет поработаете с опытным педагогом, из вас может что нибудь получиться. Пока что, поверьте мне, вам нельзя выступать в опере. Природа даровала вам голос, осанку, детскую веру в себя и изумительную, я бы сказал, сверхчеловеческую отвагу. Все это ценные качества, и они говорят в вашу пользу. Но для успеха в нашей профессии требуются еще и другие ценные качества, которых у вас пока нет. И если вы не готовы к тому, чтобы тяжким трудом их добыть, забудьте об опере. Попытайте счастья в другой профессии, где меньше нужны подготовка и опыт. Я лично советую вам поступить в больницу хирургом.

1908 г.

 

1 коментар

  • Во времена Дойля быть кондуктором, похоже, считалось престижнее, нежели сейчас – “трамвайным кондуктором” (третий абзац с конца, перед финальной цитатой)

Залишити відповідь

Ваша e-mail адреса не оприлюднюватиметься. Обов’язкові поля позначені *