Фото Stanislav Novak

Снова в школу

В одиночку переживать разворачивающуюся внутреннюю драму важно – учишься слышать себя. Слышать – это хорошо, но и привести это в действие тоже надо. Конечно, можно соорудить себе индивидуальную комфортную схему, в ней и жить. До той поры, пока она не развалится, оставив тебя под завалами.

Сейчас вообще любой пустяк тренеры личностного роста называют “работой над собой”. Пускай будет так, но нужно, чтобы эта работа приносила пользу не только тебе. Ведь долго жить в такой схеме тоже не придется.

Можно еще поставить себе символическую точку отсчета: мол, вот случится нечто и тогда все будет хорошо. Тогда я точно смогу встать, пересилить себя и взяться за проблему. Переложить ответственность на случайность.

В моем случае, случайность – в смысле необходимость – помогла понять или в который раз переоценить фразу “работа над собой”.

***
Я уволилась с работы, которая не только не развивала, а и, казалось, опустошала меня. Мне представлялось, что если я остановлюсь посреди большого города хотя бы на 10 минут, то почувствую что-то сродни глубокого одиночества. Там мама с ребенком пошла, тут влюбленная пара боязливо держится за руки, дальше деловой мужчина пройдет, решая важные вопросы, а вот идёт компания друзей и картинки в телеграме друг другу бросает. Все куда-то бежит, а я стою и не знаю: часть ли я этого всего, и где я вообще?

Мама позвонила и сказала, что ей нужно лечь в больницу на неделю. Она классный руководитель выпускного класса в школе и они готовили праздник в честь Дня учителя. Если из-за болезни мама отменит подготовку, будет не очень.


– Я завтра приеду. Сделаем что-то классное, – заверила я.

Мой опыт работы с детьми: младший брат и замена мамы на уроках, когда я училась в школе. Если маленькие дети обычно тянутся ко мне, то тут я волновалась. Как быть с подростками, чтобы они меня и слушали, и сами были заинтересованы? Самым верным решением мне показалось откинуть сомнения и вернуться мыслями на 6 лет назад, – да и вообще, просто подружиться с ребятами.

Мы вместе смеялись над странными стихами, меняли сценки и решали, кто что будет делать. Я что-то вспоминала из своих школьных лет, а школьники мне рассказывали, что хотят сделать всё не “как всегда”. Конечно, тут тоже было не без исключений: когда все вдруг куда-то девались, безвылазно сидели в телефонах или выходили из класса под предлогом «мне срочно на 5 минуточек». Но интересный труд сблизил нас и крепко держал вместе.


Девочки из 6-го класса, которых я тоже привлекла к участию, сначала обращались ко мне “Виктория Владимировна”, а к концу недели прибегали, обнимали и просили “а можно мы только один раз споем песню и побежим, а то там у Дианы день рождения, она тортик принесла?”

Последний вечер перед праздником мы сидели в школе до победного конца, надували шарики и пели песни под гитару. А потом, конечно, все мигом разбрелись кто-куда, без конца повторяя: “я завтра точно выучу слова!”, “я листик с собой возьму!”, “а после кого я там говорю?”.


Я уже было приуныла, но все скидывала им в чат какие-то правки в сценарий. Сидела, делала разные вазочки, чтобы поставить туда букеты учителям и вообще, чтобы  сделать атмосферу душевной.
Мама успокаивала: «Расслабься и радуйся, тебе же с детьми нравится. Они соберутся и всё сделают – я с ними с пятого класса, знаю, что они не подведут».
И таки не подвели, сделали. Ещё и в самом лучшем виде. Я тешилась тем, как они вместе и переживали, и поддерживали друг друга. И я с ними. Я купила им сладостей и после мероприятия мы все фотографировались, смеялись и ребята с умилением сказали: “А ты переживала, мы всегда так делаем, точнее ничего не делаем, а потом собираемся и все как по маслу”. Приятно было обнять их всех и услышать: «Приходи ещё, нам так понравилось». И мне понравилось, очень.

***
Все это время мои учителя приходили ко мне и я часто слышала: «Вот вы когда учились, то учились. У вас восемь отличников было, а тут ни одного.»
Общаясь с детьми я начала догадываться, почему им не хочется учиться, почему им лень. В их глазах и в поведении был виден страх, непонимание, ожидание. Они меня часто спрашивали: “А как там учиться, в университете? А как сессии сдавать?”
Всё это из-за того, что учителей, которые действительно умели бы заинтересовать, в школе оставалось всё меньше. А ещё, учителей в государственных школах загружают посторонней бумажной работой настолько, что им буквально бывает некогда учить детей. К тому же, когда учитель сам никак интересуется предметом, дети это чувствуют и тоже не хотят учиться.


Такое бывает часто и для меня новостью не было. Как и то, что к детям нужно проявлять понимание и интерес. От запугиваний, которые я только за неделю несколько раз слышала («ЗНО не сдашь»), результата ноль, а эффект порой обратный. Теперь, когда речь заходит о воспитании, да и просто человеческих отношениях между людьми, я привожу слова Э. Ильенкова:

“Научить ребенка (да и только ли ребенка?) чему-либо, в том числе и способности (умению) самостоятельно мыслить, можно только при внимательнейшем отношении к его индивидуальности. Старая философия и педагогика называла такое отношение «любовью»”.

***
Мне всегда говорили, что у меня ещё будет желание вернуться в школу, в её беззаботные годы. Прожив эту неделю со школьниками, я ещё раз убедилась, что в свои школьные годы не хочу. А вернуться в школу я была счастлива: прожила будто все свои уроки, поучения, концерты, песни, сидение за партой… Дети учили меня искреннему выражению своих чувств. Общее занятие, общие идеи и даже разногласия ставили новые цели нам всем. Я видела, как дети открываются, когда к ним прислушиваешься.

Работать над собой, но не только с собой и не только для себя – вот что важно, чтобы даже посреди огромного города чувствовать, что ты не один.

Залишити відповідь

Ваша e-mail адреса не оприлюднюватиметься. Обов’язкові поля позначені *

Цей сайт використовує Akismet для зменшення спаму. Дізнайтеся, як обробляються ваші дані коментарів.